Мероприятия
Аналитика
Генсек для убыточного мира: кто возглавит ООН, которую великие державы держат на финансовом поводке
30 июля Совет Безопасности начнет тайный отбор нового генерального секретаря. На кону не престижная должность, а управление организацией с долгами в миллиарды долларов, парализованным Совбезом и инфраструктурой, без которой глобальный порядок начнет рассыпаться еще быстрее.
Цифровая кафала: как Россия создает крепостное право для мигрантов
Телефон с геолокацией, привязка к работодателю и ограничения на передвижение должны превратить миграцию в управляемый конвейер. Но опыт самой России и государств Залива показывает: чем сильнее работника прикрепляют к хозяину, тем быстрее растут коррупция, нелегальная занятость и кадровый дефицит.
Две войны поджигают нефть: мир стоит на пороге нового энергетического шока
Первый удар поглотили стратегические резервы, падение азиатского спроса и временные обходные маршруты. Теперь запасы истощены, Ормуз и Красное море сжимаются одновременно, а Россия из крупного экспортера топлива превращается в источник нового дефицита.
Атомная цена признания: как Трамп превратил саудовский реактор в оружие большой политики
Подписанное соглашение открывает американским компаниям рынок на десятки миллиардов долларов, приближает Эр-Рияд к собственному ядерному топливному циклу и ставит Израиль перед угрозой, которую невозможно устранить даже дипломатическим признанием.
Трамп против фабрики реальности: как президент США ломает власть старых медиа
Президент США Трамп атакует американские медиа не потому, что он просто не любит критику, обижается на журналистов или действует в минутном раздражении. Такое объяснение слишком простое, почти бытовое. Оно удобно его противникам, потому что позволяет представить весь конфликт как психологическую особенность одного человека.
Война двух проливов: как хуситы превращают Саудовскую Аравию в заложника большой войны
Угроза перекрыть Баб-эль-Мандеб создает для Эр-Рияда опасную ловушку: путь, который должен был спасти саудовскую нефть от блокады Ормузского пролива, сам оказался под прицелом ракет и беспилотников.
Победа без партии: почему демократы могут взять Палату представителей и все равно проиграть Америку
Непопулярность президента США Трампа расчистила демократам дорогу к возможному реваншу на промежуточных выборах, но сама Демократическая партия подходит к этой схватке политически обескровленной.
Трамп остановил войну, но не победил: почему сделка с Ираном обречена на провал
Июньский меморандум должен был стать триумфом Дональда Трампа — доказательством того, что войну можно остановить угрозами, давлением и одной эффектной подписью.
Китай закрывает эпоху автономии
Под лозунгом национального сплочения Пекин соединяет язык, образование, религию, миграцию, бизнес, историческую память и цифровой надзор в единый механизм лояльности. Но чем настойчивее государство стирает различия, тем выше риск, что они вернутся в форме политического конфликта.
Экономика
Чемпионат на миллиард: как ФИФА превратила ЧМ-2026 в идеальную машину по извлечению денег
Чемпионат мира 2026 года завершился, спортивный трофей обрел владельца, стадионы опустели, а миллионы болельщиков начали возвращаться домой. Но главный финансовый победитель турнира определился задолго до финального свистка.
Нефтяная ловушка Кремля: почему Россия проигрывает и при дешевом, и при дорогом барреле
Российская нефтяная экономика попала в парадоксальную ловушку. Дешевая нефть обрушивает налоговые поступления, расширяет дефицит бюджета и ускоряет расходование государственных резервов. Дорогая нефть укрепляет рубль, увеличивает выплаты нефтяным компаниям и лишает Urals главного преимущества на азиатских рынках - скидки.
Залив как мишень: почему Иран выбрал Бахрейн и Кувейт для войны на нервах
Тегеран больше не бьет туда, где громче взрыв и выше телевизионный эффект. Он действует холоднее: ищет слабые звенья в американской системе безопасности Персидского залива и давит именно на них. Бахрейн и Кувейт стали для Ирана не случайными целями, а удобными инструментами большой игры против Вашингтона.
Франция трещит без шума: как великая республика теряет статус, деньги и будущее
Французская модель не рухнула. В этом и состоит главная проблема: ее деградация не выглядит как катастрофа, потому что происходит без единого взрыва, без черного понедельника, без дефолта, без танков у Елисейского дворца. Просто один показатель за другим начинает двигаться не туда.
Три недели против десяти лет: Украина обменяла стену Орбана на турникет Мадьяра
Смена власти в Будапеште завершила почти десятилетнюю холодную войну с Киевом: разморожен кредит в 90 млрд евро, возвращены изъятые деньги и золото «Ощадбанка», открыт первый кластер переговоров о членстве Украины в ЕС. За фасадом перезагрузки скрыт менее заметный сдвиг.
Европа без крыши: как жилищный кризис взламывает политическую систему ЕС
Европейский проект десятилетиями держался на простом негласном обещании: если человек работает, платит налоги, соблюдает правила и участвует в жизни общества, он может рассчитывать на базовую стабильность. Не на роскошь, не на дворец, не на вид на море, а на нормальную квартиру, долгосрочную аренду, ипотеку, семью, предсказуемое будущее.
Президент, который монетизировал власть: как криптовалюта стала главным бизнесом Трампа
В американской политике всегда были деньги. Они шли через доноров, лоббистов, фонды, суперкoмитеты, семейные офисы, юридические фирмы, лекционные гонорары, книжные контракты и закрытые приемы, где чековая книжка часто открывала двери быстрее, чем политическая программа.
Volkswagen как предсмертный сигнал: Европа теряет не автопром, а промышленную власть
Кризис Volkswagen нельзя понимать как очередную корпоративную реструктуризацию. Это не просто бухгалтерская операция, не очередной раунд оптимизации персонала и не временная просадка спроса.
Инвестиционная зима: как российская экономика проедает свое будущее
Российская экономика внешне еще держит осанку. На бумаге нет обвала, нет массовой безработицы, нет драматического провала потребления. Для политической витрины этого достаточно. Для экономического диагноза - нет.
