Гади Айзенкот получил мандат благодаря партиям, которых обещал не брать в коалицию. У него есть 42 дня, чтобы решить, чей бюллетень в Израиле считается полноценным
Вечером 8 ноября президент Израиля Ицхак Герцог вручил Гади Айзенкоту мандат на формирование правительства, и вся торжественность этой церемонии покоилась на одном неудобном числе. Лидера партии "Яшар" рекомендовали 67 депутатов из 120. Девятнадцать из них представляют две арабские фракции, которые ни сам Айзенкот, ни его союзники в коалицию брать не обещали. Большинство существует до той минуты, пока его приходится называть вслух.
На выборах 27 октября "Совместный список" взял 11 мест, а РААМ Мансура Аббаса - восемь. Рекорд за всю историю Кнессета, где в прошлом созыве депутатов от арабских партий сидело десять. Блок Биньямина Нетаньяху, контролировавший 68 мандатов, сжался до 53, оппозиция собрала 48, и никто не дотянулся до заветных 61. Обвинение в "украденной победе" я проверил простым пересчетом: при арабской явке уровня 2022 года арабские списки получили бы около 13 мест, лагерь премьера - около 56, его противники - около 51. Расчет грубый, зато показывает главное. Даже без арабского рекорда большинства у Нетаньяху не было бы.
Арабский избиратель, которого десятилетиями убеждали сидеть дома, пришел и сломал привычную арифметику. Теперь израильская политика занята единственным делом: ищет способ воспользоваться результатом, не признавая его автора.
77 процентов: избиратель, которого списали, перевернул стол
Израильский институт демократии оценил явку в арабских и друзских населенных пунктах примерно в 77 процентов против 53,2 в 2022 году. В международных сводках гуляет цифра около 80. Я доверяю меньшей: институт считает по конкретным населенным пунктам и прямо оговаривает, что смешанные города в выборку не вошли, тогда как округленная восьмидесятка кочует из текста в текст без всякой методики. Даже осторожная оценка ставит 2026 год рядом с 79,3 процента 1996-го и почти уравнивает арабскую улицу со страной, где общая явка составила 77,98 процента.
В Сахнине проголосовали больше 87 процентов избирателей, и выше показателя в Израиле не нашлось. Бедуинский Рахат прыгнул с 60,6 до 84,8 процента, Кусейфе - с 55,6 до 85,8. Из голосов, поданных в арабских населенных пунктах, 94,8 процента ушли РААМ и "Совместному списку". Сионистские партии на этой территории практически исчезли.
Причину искать долго не нужно. В 2025 году от рук преступников погибли 252 арабских гражданина, самый кровавый год в истории наблюдений организации "Инициативы Авраама". К 30 августа 2026 года счет дошел до 184. Полиция раскрывает около 15 процентов убийств в арабской среде против 65 в еврейской, а по преступлениям с января по 26 июня обвинительные заключения появились лишь в 16 случаях, или в 12,3 процента. Кривая ломается в конкретной точке: 116 жертв в 2022 году и 245 в 2023-м, первом полном году Итамара Бен-Гвира во главе полицейского ведомства.
Вешать все на одного министра было бы нечестно. Кланы и нелегальное оружие выросли задолго до него, и уже 2021 год дал тогдашний рекорд в 126 погибших. Разница в другом: Бен-Гвир превратил чужую беду в политическую биографию, а избиратель из Галилеи и Негева запомнил фамилию.
В мае 75 процентов арабских респондентов назвали преступность главной проблемой. Декабрьский опрос 2025 года зафиксировал настроение еще тяжелее: лишь 13 процентов чувствовали себя свободно, высказываясь в социальных сетях, только 47 процентов комфортно говорили по-арабски рядом с евреями, а 85 процентов боялись за физическую безопасность. Опрос Центра Моше Даяна рушит любимую страшилку правых: палестинскую идентичность главной назвали 13,5 процента, израильское гражданство - 27,7, а сильную принадлежность к государству ощущают 53,3 процента.
Пятую колонну из таких цифр не соберешь. Зато избирателя, требующего от своего государства защиты, они описывают точно.
"Украденные выборы": как рекордная явка превратилась в дело ШАБАК
Через сутки после голосования "Ликуд" обвинил арабские партии в краже выборов при помощи подкупа, угроз, насилия, подделок и запрещенных программ мобилизации избирателей. 29 октября председатель Центризбиркома судья Верховного суда Ноам Сольберг поручил главе ШАБАК Давиду Зини проверить подозрения в иностранном финансировании. Израильское телевидение сразу назвало Катар, затем зазвучала Турция, обе страны причастность отрицают.
Подозрения нельзя объявить чистой выдумкой, и честный разговор об этих выборах начинается с такой уступки. Трое активистов были задержаны по делу о подкупе, а 4 ноября ШАБАК сообщил Центризбиркому о финансируемой из-за рубежа активности, которая могла затронуть тысячи человек, оговорив, что реальный масштаб еще предстоит установить.
Дальше конструкция начала осыпаться. Полиция заявила, что ни следственных, ни разведывательных данных в пользу версии "Ликуда" у нее нет. ШАБАК уточнил, что проверка ограничена по охвату. По данным израильского телевидения, в материалах, переданных полиции, Катар не упомянут вовсе. Генпрокурор Гали Бахарав-Миара отказала Зини в допросе арабских депутатов, а затем заявила, что расследования не выявили ничего, способного хотя бы отдаленно повлиять на итог. Сольберг высказался в том же духе и осудил клеймение арабских избирателей.
"Ликуд" тем не менее готовит апелляцию в Иерусалимский окружной суд, ссылаясь на 700 жалоб своих наблюдателей о незаконном отслеживании голосующих. Следившая за выборами общественная организация назвала главным нарушителем этого запрета сам "Ликуд".
Сюжет старый и хорошо отрепетированный. 17 марта 2015 года Нетаньяху записал видео о том, что арабы толпами идут на участки, а в апреле 2019-го его партия снабдила скрытыми камерами более тысячи наблюдателей в арабских населенных пунктах. Весной 2021 года тот же Нетаньяху искал поддержку Мансура Аббаса и лишился ее только из-за вето Бецалеля Смотрича. Сегодня Аббас числится у него среди сторонников террора. Перемена произошла не в программе РААМ, а в направлении ее голосов.
7 ноября, в видеообращении накануне вручения мандата, премьер поставил точку: "С таким правительством Израиль просто не выживет". Эффект этой кампании вышел за пределы кабинетных расчетов. В штабе Айзенкота уже всерьез говорят, что после такого штурма доверия к процедуре повторные выборы могут оказаться непроводимыми в честном виде. Демонстранты собирались у дома лидера "Яшар" в Герцлии с протестом против еврейско-арабского правительства, а в ночь на 9 ноября в Лоде после ультраправого "марша суверенитета" через арабский квартал полиция задержала 11 человек.
Шесть голосов решают все, а признаться в этом нельзя
Герцог, подводя итоги консультаций, сказал о "взаимных вето между блоками и внутри самих блоков", и точнее описать положение трудно. Айзенкот выдвинул четыре условия для партнеров: признание Израиля еврейским и демократическим государством, верность ценностям Декларации независимости, обязательная служба для всех, признание ХАМАС террористической организацией, подлежащей уничтожению. Сам кандидат пообещал искать "творческие и нестандартные" решения и предупредил союзников, что от части обещаний придется отказаться.
Первый пункт упирается в Основной закон 2018 года о национальном государстве еврейского народа, закрепивший право на самоопределение исключительно за евреями и оставивший арабскому языку особый статус. Против него протестовали даже друзы, многие из которых служат в армии. Арабскому депутату предлагают подписаться под формулой, из-за которой его избиратель выходил на улицу. На встрече лидеров блока 3 ноября Яир Голан спросил, окончательно ли решение не сотрудничать с арабскими партиями. По сообщениям израильской прессы, Либерман ответил утвердительно, а Айзенкот и Нафтали Беннет кивнули. Тем же днем Голан встретился с Джабарином и Ахмадом Тиби.
Для приведения правительства к присяге закон требует только перевеса голосов "за" над голосами "против": кабинет Беннета - Лапида прошел в 2021 году со счетом 60:59. Сорока восьми мандатам "блока перемен" противостоят 53 мандата лагеря Нетаньяху, куда пока входят и семь депутатов "Яхадут ха-Тора". Шести арабских голосов хватает для перевеса, и один РААМ с его восемью закрывает вопрос. Воздержись ультраортодоксы, счет становится 48:46, и арабам достаточно не голосовать против. Израильская пресса сообщала, что Айзенкот поручил изучить именно такую схему с воздержанием "Яхадут ха-Тора" и РААМ. Свалить подобный кабинет можно только конструктивным вотумом, собрав 61 голос за конкретного преемника, и у Нетаньяху их нет.
Всю конструкцию ломает один человек. 8 ноября Авигдор Либерман пригрозил голосовать против и заявил: "Поддержать правительство меньшинства - значит подарить Нетаньяху кресло премьера". Семь его мандатов переходят на другую сторону. При воздержании ультраортодоксов старт выглядит как 41:53, и нужны уже 13 арабских голосов, без "Совместного списка" недостижимые. Пойдут против и харедим - даже все 19 арабских депутатов дадут 60:60, а при равенстве правительства нет.
Аббас сделал ход 8 ноября: источник в РААМ сообщил, что партия поддержит кабинет Айзенкота даже без коалиционного соглашения, без гарантий бюджета и без законодательных обязательств. Логика понятна, поскольку подписанной бумаги нет и размахивать перед камерами Нетаньяху нечем. Цена тоже понятна. Обещание без документа в израильской политике стоит ровно столько же, сколько предвыборная клятва.
Первый экзамен назначен на 10 ноября, когда приносит присягу 26-й Кнессет. Четыре партии блока потребовали немедленно заменить спикера Амира Охану, соратника Нетаньяху, чтобы получить контроль над повесткой и запустить государственную комиссию по расследованию провала 7 октября 2023 года. Охана ответил, что допустит досрочное голосование при наличии 61 подписи, а решение Верховного суда 2020 года по делу Эдельштейна обязывает спикера созвать пленум, когда этого требует большинство депутатов.
Сорок восемь плюс тринадцать. Взять эти подписи без ультраортодоксов можно только у арабских фракций, а собирает их Авигдор Либерман, который 2 ноября клялся не зависеть от арабов даже в формате поддержки извне. Запасной вариант, обсуждавшийся в блоке, предполагает, что партия Либермана воздержится и простого большинства в зале хватит. "Ликуд" тем временем обрабатывает отдельных депутатов, убеждая их не участвовать в затее, если она держится на арабских голосах. Спикера Израилю, вероятно, поменяют те самые люди, с которыми нельзя садиться за один стол.
Либерман сжег свое знамя: страх перед арабами оказался дороже армии
Самый выразительный эпизод этих двух недель произошел 6 ноября. Человек, семь лет строивший карьеру на войне с освобождением ультраортодоксов от армии, согласился на болезненные, по его собственному определению, компромиссы, лишь бы сформировать правительство без Нетаньяху и арабов. Израильское телевидение тут же рассказало, что канал связи между окружением Либермана и харедим месяцами работал через мэра Иерусалима Моше Лиона и советника Ави Абухацейру, в том числе в разгар взаимных предвыборных проклятий.
Законопроект 2018 года, к которому теперь отсылает Либерман, написан до 7 октября, персональных санкций для уклонистов не содержит и задает более скромные планки призыва. Верховный суд еще в 2024 году снес систему массовых освобождений. Банк Израиля подсчитал, что полноценный призыв молодых харедим снизил бы нагрузку на резервистов и сэкономил экономике не меньше 9 млрд шекелей, или 0,4 процента ВВП, ежегодно. МВФ прямо называет низкую занятость мужчин-харедим и арабских женщин макроэкономическим риском.
Схема с ультраортодоксами арифметически работает: 48 мандатов плюс семь от "Яхадут ха-Тора" плюс шесть от ШАС дают те самые 61. Источники в Совете мудрецов Торы намекают, что ШАС не пойдет против решения раввинов-союзников, сама партия называет такие сообщения фальшивкой, а Нетаньяху давит на Арье Дери всем, что у него осталось.
Союзники подозревают Либермана в более дальнем расчете: если провалятся и Айзенкот, и Нетаньяху, третьего кандидата смогут выдвинуть 61 депутат, в том числе при поддержке харедим. Сам он утверждает, что премьерского кресла больше не добивается. Айзенкот ответил на церемонии без фамилии, но адресно: тот, кто попытается торпедировать создание правительства "по личным, а не содержательным причинам", останется в истории человеком, не спасшим Израиль в час опасности. Встреча двух политиков назначена на 9 ноября.
Теперь взгляните на условия Айзенкота глазами бухгалтера. Арабские партии не проходят по пунктам о еврейском характере государства и о ХАМАС. Ультраортодоксы не проходят по пункту об обязательной службе, причем в воюющей стране этот пункт весит не меньше. Переговоры ведутся только с одной стороной. Айзенкот 6 ноября подтвердил верность всеобщей службе, а Яир Голан пообещал харедим никаких пустых чеков, и это заслуживает уважения, пока не наступил день голосования. Израильская логика проста: 71 процент еврейских избирателей, по февральским данным, настороженно или враждебно относится к сотрудничеству с арабскими партиями, поэтому 13 депутатов, отказывающихся посылать сыновей в армию, выглядят приемлемее 19, представляющих пятую часть населения.
Нетаньяху отвечает на эту угрозу неожиданным поворотом к "национальному единству". Еще 27 октября он обещал сильное правое правительство, 2 ноября заговорил о широком национальном, а 7 ноября потребовал единства с обязательным участием Бен-Гвира, Смотрича и харедим. Айзенкот позвал "Ликуд" и "Религиозный сионизм" в свою коалицию на своих условиях и не произнес на церемонии фамилию премьера.
Рабин взял их голоса и не пустил в кабинет: фокус длиной в 34 года
Израильская традиция использования арабских голосов старше нынешних игроков. Списки-сателлиты партии МАПАЙ в 1950-1960-е годы приводили в Кнессет более половины арабского электората, исправно голосовали с правящей партией и министров не получали. Последние из них исчезли после выборов 1981 года.
Классический эпизод относится к 1992 году. Ицхак Рабин получил рекомендации ХАДАШ и Арабской демократической партии, отказался включать их в коалицию, договорился с ШАС и прошел вотум доверия 67 голосами против 53. Когда в сентябре 1993 года ШАС вышла из коалиции и у премьера осталось 56 мест, пять арабских депутатов стали условием выживания правительства и обеспечили проход соглашений Осло, а через два года "Осло-2" собрало в Кнессете 61 голос против 59, что дало правому лагерю лозунг об отсутствии еврейского большинства, под который страна и вошла в ноябрь 1995 года, когда Рабина застрелили на площади в Тель-Авиве. Министерских портфелей арабские партии за все эти годы так и не увидели.
Октябрь 2000 года показал другую сторону медали: полиция убила 13 арабских граждан, а на выборах главы правительства в феврале 2001-го большинство арабских избирателей на участки не пришло.
В марте 2020 года все 15 депутатов единого "Совместного списка" рекомендовали Бени Ганца. Тот взял мандат и ушел в правительство к Нетаньяху.
Тогда Мансур Аббас сделал вывод, ставший главной интеллектуальной новацией арабской политики за полвека. Он вывел РААМ из общего блока, объявил о готовности торговаться с любым лагерем и 2 июня 2021 года поставил подпись под коалиционным соглашением. Четыре мандата принесли арабскому обществу больше, чем пятнадцать: пятилетнюю программу развития на 30 млрд шекелей и план борьбы с преступностью на 2,5 млрд. Коалиционное соглашение предусматривало еще признание трех бедуинских деревень в Негеве. Портфеля РААМ и тогда не получила, а место замминистра так и не заняла.
Сегодня у Аббаса вдвое больше депутатов, а вторым номером списка стоит еврей и сионист Йоав Сегалович, бывший высокопоставленный полицейский и замминистра внутренней безопасности. Выбор этого человека читается как прямая заявка на ведомство Бен-Гвира. По имеющимся данным, Аббас готов войти в кабинет именно при получении этого портфеля.
31 декабря кончатся деньги: настоящая цена арабских мандатов
За словами о еврейском характере государства лежит конкретный бухгалтерский документ. Решение правительства № 550 истекает 31 декабря 2026 года. Предельный срок Айзенкота с учетом 14-дневного продления наступает 20 декабря. Между этими датами 11 дней, и ни одна партия публично о них не говорит.
Коалиция Нетаньяху методично разбирала эту программу. Первоначальные предложения Май Голан, министра социального равенства, и Бен-Гвира предполагали забрать из нее, по разным оценкам, от 2,5 до 3 млрд шекелей. Правительство срезало меньше, зато по частям: 220,7 млн шекелей в один прием, около полумиллиарда в июле 2026 года, причем деньги впервые стали уходить ШАБАК. Развитие превратилось в спецоперацию: средства, предназначенные для занятости и образования, получила спецслужба, работающая в тех же городах. Коалиция арабских мэров и общественных организаций с мая готовит предложения к пятилетке 2027-2031 годов, понимая, что без правительства подписывать их некому.
Финансовый фон отягчает положение. Срок внесения бюджета на 2027 год уже прошел. Бюджет 2026 года составил около 699 млрд шекелей, тогда как при режиме временного финансирования, по подсчетам израильских экономистов, расходы ограничатся примерно 642 млрд, то есть на 57 млрд меньше. МВФ ожидает дефицит в 6,2 процента ВВП в 2026 году и госдолг на уровне 70,1 процента. В таких условиях первыми под нож идут самые слабые статьи.
Так выглядит реальное меню Джабарина и Аббаса: борьба с преступностью, остановка сноса домов, бюджеты. Четвертый пункт - возобновление политического процесса с палестинцами - в нынешнем Израиле не обсуждается никем из претендентов на кресло премьера. Дональд Трамп заявил 8 ноября, что по политике Айзенкот и Нетаньяху очень похожи, и в этой реплике больше точности, чем хотелось бы левому флангу "блока перемен". Смена премьера не отменит операций на Западном берегу, где 8 ноября армия действовала в Наблусе, а условие об уничтожении ХАМАС записано в программу самого Айзенкота.
Иран, блокада и страх: война как главный аргумент против арабского бюллетеня
Нетаньяху продает единство через Иран. В том же видео 7 ноября он пообещал, что правительство национального единства "навсегда устранит ядерную угрозу со стороны Ирана". Фон для такой риторики настоящий. КСИР объявил о снятии самоограничения на дальность баллистических ракет, а американские военные 7 ноября вывели из строя судно, пытавшееся прорвать блокаду Ирана. Госсекретарь Марко Рубио называет требования Тегерана на переговорах возмутительными и смехотворными, тогда как Трамп считает новое наступление крайне маловероятным и оговаривается, что многое зависит от хода контактов. Израильская пресса сообщила и о подготовленной премьером вместе с главой "Моссада" Романом Гофманом операции против Ирана накануне выборов, сорванной, когда о ней случайно узнали американцы. Подтверждений нет, и я считаю это версией, а не фактом.
Айзенкот описывает ту же угрозу, делая обратный вывод: 8 ноября он назвал положение страны "сложным и судьбоносным чрезвычайным положением" и заговорил о риске дойти до точки невозврата. Формула премьера проще. По его словам, "правительство, зависящее от сторонников ХАМАС, не будет воевать с ХАМАС".
Довод уже проверен практикой. Кабинет, державшийся на голосах РААМ, весной 2022 года начал на Западном берегу масштабную операцию против боевиков. РААМ на фоне столкновений на Храмовой горе замораживала участие в коалиции, правительство все же не обрушила, а операция продолжилась. Обвинять в мягкости бывшего начальника генштаба, чей сын Гал погиб в Газе в декабре 2023 года, решается только политик, у которого кончились другие аргументы.
Вашингтон тем временем сменил декорации. Демократы выиграли промежуточные выборы, Трамп, по сообщениям израильской прессы, давит на Нетаньяху с продвижением плана по Газе, а Британия, как утверждает Иерусалим, собирает страны под заявление об ослаблении ограничений для сектора перед зимой. Будущему кабинету предстоит разговаривать с совсем другим Конгрессом. Арабские партнеры могли бы стать для него полезным аргументом, но эта мысль в израильской кампании не прозвучала ни разу.
"Оставьте мне пространство": одно слово, которое Аббас не может произнести
5 ноября Герцог в ходе транслировавшихся консультаций прямо спросил Аббаса, считает ли тот ХАМАС террористической организацией. Лидер РААМ потребовал разоружить группировку и отстранить ее от власти, осудил терроризм, призвал все вооруженные формирования сдать оружие и слова не произнес. Просьба к президенту прозвучала так: "Оставьте мне немного пространства, чтобы защитить себя и свою семью".
Требование Айзенкота не выглядит произвольным. Страна пережила 7 октября, и партнер по правительству, не способный назвать организатора резни ее именем, вызывает законные вопросы. Аббас при этом осудил нападение и требовал освобождения заложников, а генпрокурор и госпрокурор выступили против снятия РААМ с выборов. Смысл его фразы становится яснее на фоне статистики, приведенной выше: политик живет в обществе, где к концу августа убили 184 человека, а оружие доступно любому.
"Совместный список" заперт еще надежнее. Юсеф Джабарин, сменивший в мае Аймана Уде, объявил, что пока продолжается оккупация Западного берега, "мы не можем быть частью правительства", и согласен лишь на поддержку извне. БАЛАД требует превратить Израиль в государство всех его граждан и формально не способна принять первое условие Айзенкота. Председатель партии Сами Абу Шехаде снял кандидатуру после того, как судьи дали понять, что склоняются к его дисквалификации из-за статьи от 8 октября 2023 года.
Руководство арабских партий при этом отстает от собственной улицы. По майскому опросу, вхождение арабской партии в коалицию поддерживают 77,2 процента арабских респондентов, включая 95,4 процента сторонников РААМ и 67,6 процента сторонников БАЛАД. Избиратель БАЛАД оказался умереннее партии БАЛАД. Похожий зазор виден в вопросе о службе: 75 процентов арабских граждан, по данным исследования Тель-Авивского университета, поддерживают добровольную гражданскую службу, и формула Айзенкота о военной, национальной или гражданской службе оставляет здесь щель для разговора. Только 39,7 процента опрошенных верят, что еврейские сограждане готовы к партнерству.
В Скопье албанцы в правительстве, в Иерусалиме арабы за дверью
Защитники израильской модели любят напоминать, что среди собственно арабских стран демократий Freedom House не находит. Утверждение справедливое и бесполезное. Гражданин Сахнина сравнивает свои права с правами соседа из еврейского города, а не с положением жителя Каира.
Балканы дают сравнение куда более неприятное. В Северной Македонии, чей парламент тоже насчитывает 120 мест, албанские коалиции получили на выборах 2024 года 32 мандата, и VLEN сидит в правительстве, притом что страна пережила вооруженный конфликт 2001 года. Босниец Армин Ходжич в октябре 2026 года стал вице-спикером хорватского парламента. Черногория и Сербия держат в парламентах боснийские партии без всякого драматизма.
Уступка необходима: ни одно из этих меньшинств не связано кровным родством с противником, ведущим войну против государства на нескольких фронтах. Болгарская история при этом напоминает Айзенкоту другое. Турецкое ДПС в 1991 году поддержало извне правительство Филипа Димитрова, а осенью 1992-го его же и уронило. Внешняя поддержка меньшинства всегда работает как поводок, и держит его тот, кто дает голоса. Либерман это понимает, поэтому требует большинства без арабов.
Календарь на 42 дня: четыре ставки, которые легко проверить
Мои ставки конкретны, и проверить их можно по календарю.
До 6 декабря Айзенкот правительства не представит и попросит у Герцога продления. Министерского портфеля к 31 декабря не получит ни один депутат РААМ или "Совместного списка". Апелляция "Ликуда" не изменит распределения ни одного мандата. Новая пятилетняя программа для арабского общества до 31 марта 2027 года утверждена не будет.
Если правительство принесет присягу до 20 декабря, оно будет опираться на ультраортодоксов. Арабские голоса при этом останутся востребованными для процедурных побед вроде смены спикера и создания комиссии по 7 октября, где они полезны и не требуют фотографии на общем снимке. Провал Айзенкота откроет 28-дневное окно для Нетаньяху примерно до 17 января, затем 21 день на поиск третьего кандидата при 61 подписи примерно до 7 февраля, а дальше страна уходит на новые выборы весной.
Остается вопрос, на который никто из участников пока не ответил: что сделает арабский избиратель, пришедший в 2026 году на участок в количестве 77 процентов, если его снова используют и снова оставят за дверью? Подсказка лежит в 2001 году.
Израильская политика обнаружила, что арабский гражданин способен свалить премьера, и пока не решила, способен ли он назначить министра. Айзенкот сказал 8 ноября, что "все мы должны будем пойти на компромисс". Эта фраза адресована всем участникам, но счет уже выставлен только одному.
10 ноября 120 депутатов произнесут одну и ту же присягу на верность Государству Израиль, и слова о его еврейском характере в ней отсутствуют. Девятнадцать человек произнесут ее от имени избирателей Сахнина, Рахата и Кусейфе. Через 51 день закончится программа на 30 млрд шекелей, и в этих городах узнают, сколько стоил их бюллетень.