Астана предложила впустить Москву в Организацию тюркских государств, прекрасно понимая, что Баку и Анкара дверь не откроют. Похоже, в этом и состоял расчет.
30 октября 1992 года Тургут Озал собрал в Анкаре первый саммит глав тюркоязычных государств. За столом сидели лидеры государств, которые всего десять месяцев назад перестали быть советскими, и сама фотография той встречи читалась как манифест: отныне Москва не решает, с кем им дружить. Ровно через тридцать четыре года, 30 октября 2026-го, в той же Анкаре, в выставочном зале президентского комплекса Бештепе, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев предложил вернуть Москву за этот стол.
«Если бы Россия стала частью тюркских стран, то есть нашей организации, это принесло бы пользу всем нашим государствам», - заявил он на XIII саммите Организации тюркских государств. Вариантов Токаев назвал два: подключить Россию к формату «ОТГ+» или предоставить ей статус наблюдателя. Положительный ответ на намерение Москвы он назвал правильным и справедливым решением.
Кремль откликнулся через три дня. 2 ноября пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков назвал участие России в работе организации целесообразным и естественным, напомнив о тюркском происхождении народов целого ряда российских регионов. Тут же последовала оговорка: официального приглашения Москва не получала. Судя по реакции Баку и Анкары, не получит и впредь.
Парадокс бросается в глаза. Казахстан - одно из четырех государств, подписавших 3 октября 2009 года Нахичеванское соглашение об учреждении Совета сотрудничества тюркоязычных государств. Организация, получившая нынешнее название на стамбульском саммите 2021 года, во многом задумывалась как пространство, где ее участники разговаривают друг с другом без московского переводчика. Теперь один из отцов-основателей предлагает этого переводчика пригласить. Наивностью такой шаг не назовешь: Токаев - кадровый дипломат советской школы, в 2011-2013 годах заместитель генерального секретаря ООН и генеральный директор отделения ООН в Женеве, и случайных фраз на саммитах он не произносит. Значит, фраза была рассчитана. Осталось понять, на кого.
Приглашение, о котором никто не просил
Формально Токаев не изобрел ничего экзотического. Механизм «ОТГ+», предусматривающий сотрудничество с государствами и структурами вне организации, обсуждается не первый год, а сам казахстанский президент 15 мая 2026 года на неформальном саммите в Туркестане призывал выработать для желающих четкие критерии. В Анкаре о развитии «ОТГ+» говорил и Шавкат Мирзиеев. Разница в адресате. Узбекский лидер рассуждал о третьих странах вообще. Казахстанский назвал конкретную страну, причем ту, которая с февраля 2022 года воюет против соседнего государства и чьи политики не первый год рассуждают о том, что границы центральноазиатских республик проведены случайно.
Обоснование прозвучало подчеркнуто гуманитарно. Россия веками связана с тюркским миром, на ее территории исторически живут многие тюркские народы, Москва продвигает проект «Алтай - колыбель тюркской цивилизации», который поддерживает Астана, а в русском языке немало слов тюркского происхождения. Последний довод особенно красноречив. По той же логике в организацию пришлось бы звать добрую половину Балкан, где турецких заимствований ничуть не меньше.
Любопытнее другое. Токаев сослался на намерение России, хотя публично Москва никакого намерения не заявляла: до 30 октября ни официального запроса о членстве, ни просьбы о статусе наблюдателя в открытых источниках не появлялось. Остаются два объяснения. Либо казахстанский президент озвучил то, о чем договорился за закрытыми дверями, например 25 июля в Омске, где он встречался с Путиным на XXII Форуме межрегионального сотрудничества, либо он сам сформулировал российское желание за Россию. Кто кого попросил первым, мы, скорее всего, так и не узнаем.
Пропуск по языку: как Анкара закрыла дверь, не хлопнув ею
Турецкий ответ прозвучал из штаб-квартиры правящей партии, а не из МИД, и выбор трибуны тоже был сигналом. 3 ноября заместитель председателя Партии справедливости и развития Кюршад Зорлу, курирующий отношения с тюркскими государствами, напомнил о правилах. Статус наблюдателя доступен государству, где тюркский или родственный ему язык является государственным либо официальным на всей территории страны. Татарский, башкирский, якутский и другие тюркские языки России официальны лишь в границах своих республик, и для ОТГ этого недостаточно. Остальным предлагается формат «ОТГ+», где встречи с внешними партнерами на уровне глав государств или министров иностранных дел проходят только по совместному решению всех членов. Российское обращение, если оно поступит, будут оценивать с учетом общих интересов тюркского мира.
Переведу с дипломатического. Наблюдателем Россия стать не может по формальным основаниям, а в «ОТГ+» ее пустит только консенсус, то есть каждый из пяти членов располагает правом вето. Отказ упакован в процедуру. Слово «нет» в Анкаре так никто и не произнес.
Зорлу предложил Москве и утешительный приз. Турция готова возобновить сотрудничество с шестью российскими республиками - Алтаем, Тувой, Башкортостаном, Татарстаном, Якутией и Хакасией - через Международную организацию тюркской культуры ТЮРКСОЙ. Ее учредили в 1993 году Турция и тюркоязычные государства бывшего СССР, а шесть республик получили в ней статус наблюдателей. Контакты оборвались в конце 2015 года. После того как 24 ноября турецкий истребитель сбил российский Су-24 у сирийской границы, Москва потребовала от республик прекратить всякое общение с ТЮРКСОЙ.
Ход изящный. Анкара словно говорит Кремлю: с вашими тюрками мы будем дружить напрямую, через культуру и общее наследие, а государственный этаж тюркского дома останется закрытым. Для Москвы, которая десятилетиями выстраивала жесткую вертикаль в национальных республиках и в 2018 году федеральным законом сделала изучение их языков в школах добровольным, подобное предложение звучит почти как вызов. Принять его Кремль почти наверняка откажется. Тогда Анкара сможет с чистой совестью сказать, что дверь оставалась открытой.
Еще резче высказался бывший генеральный секретарь Тюркского совета, турецкий дипломат, руководивший организацией в первые годы ее существования. Тюркские общины, напомнил он, живут повсюду, от Болгарии и Греции до Ирана и Ирака, и само их присутствие не дает стране права на место в организации. Его итоговая формула - «давайте будем соседями с Россией, будем друзьями» - точно передает настроение турецкого истеблишмента. Соседями - да. Жильцами - нет.
У Анкары собственные причины не ссориться с Москвой. «Росатом» строит в провинции Мерсин АЭС «Аккую», а по «Турецкому потоку» в страну идет российский газ. Российские туристы год за годом остаются одной из крупнейших групп гостей турецкого побережья. Реджеп Тайип Эрдоган на торжественном ужине с участниками саммита говорил о том, что в семейном кругу тюркского мира нет места разобщенности. Семейный круг тем и отличается от проходного двора, что гостей в него зовут по согласию всех домочадцев.
Почему Баку сказал «нет» раньше всех
В Азербайджане предложение Токаева встретили жестче, чем где-либо еще. Я начинал в журналистике в годы, когда о тюркском единстве говорили поэты, а не министры обороны, и хорошо помню, сколько усилий ушло на то, чтобы эта риторика превратилась в институты. Ведущие азербайджанские издания и аналитики сформулировали свои претензии без дипломатических оборотов, и в их аргументации легко различить два слоя.
Первый слой - историческая память. Российская империя и Советский Союз проводили в отношении тюркских народов политику русификации, и эта память далеко не книжная. Мое поколение бакинцев знает цену особой заботе Москвы о тюркских окраинах: в ночь на 20 января 1990 года советские войска вошли в Баку, погибли более 130 мирных жителей. Татарстан, принявший в 1999 году закон о переходе на латиницу, в 2002 году получил федеральную поправку, обязывающую республики пользоваться только кириллицей, а в 2004 году Конституционный суд России эту норму подтвердил. Тем временем ОТГ продвигает общий тюркский алфавит на латинской основе. Трудно представить наблюдателя, который у себя дома запретил ровно то, что организация поощряет.
Второй слой - политика сегодняшнего дня. В августе 2014 года на молодежном форуме «Селигер» Путин рассуждал о том, что у казахов никогда не было своей государственности, а Нурсултан Назарбаев создал государство на территории, где его прежде не существовало. В августе 2022 года на странице Дмитрия Медведева в соцсети появился и быстро исчез пост с рассуждениями о Казахстане как об искусственном государстве; в аппарате Медведева сослались на взлом. С февраля 2022 года Россия силой оспаривает границы Украины, тогда как ОТГ в своих документах исходит из уважения к суверенитету и территориальной целостности государств. Совместить эти две реальности в одном зале нельзя, не заставив одну из них уступить.
Критики инициативы в Баку подчеркивают и практическую сторону. Статус наблюдателя не дает права голоса, но давление, как показывает опыт, прекрасно обходится без формального голоса. Наблюдатель сидит на заседаниях, заранее знает повестку, ведет кулуарные беседы и может играть на противоречиях между членами, мешая выработке общей позиции. Добавим сюда российские интересы в транспортных и энергетических проектах, которые развивают участники ОТГ, и картина становится законченной. Тюркская интеграция и концепция «русского мира» в этой логике выглядят конкурирующими проектами, а допуск одного в штаб другого меняет баланс сил внутри организации в пользу Москвы.
Было бы ошибкой читать позицию Баку как антироссийскую. 22 февраля 2022 года Азербайджан и Россия подписали в Москве Декларацию о союзническом взаимодействии. Отношения пережили тяжелейший кризис: 25 декабря 2024 года под Актау разбился самолет Embraer 190 авиакомпании AZAL, погибли 38 человек, и лишь в октябре 2025 года в Душанбе Путин признал, что рядом с лайнером взорвались ракеты российской ПВО. Летом 2025 года последовали облавы на азербайджанцев в Екатеринбурге, где погибли два человека. Тот период Путин назвал «кризисом эмоций». В июне 2026 года министры иностранных дел Сергей Лавров и Джейхун Байрамов объявили о полной нормализации, а 28 июля президенты провели телефонный разговор.
Вывод, который Баку сделал из этой истории, прост. С Москвой нужны ровные двусторонние отношения, и Азербайджан их выстроил заново. Тюркская архитектура при этом должна оставаться пространством без российского голоса, потому что в 2025 году она оказалась одной из опор, позволивших Баку выдержать давление и не прогнуться. Союзник за порогом - пожалуйста. Тот же союзник в гостиной, где обсуждают оборону и коридоры, - исключено.
Президент Азербайджана Ильхам Алиев в Анкару не поехал. Его пресс-служба объяснила это плотным графиком: 30 октября в Баку проходила церемония награждения финалистов чемпионата мира и фестиваля ФИФА для игроков до 15 лет. Азербайджан, председательствовавший в ОТГ в 2025-2026 годах и передававший эстафету Турции, представлял министр иностранных дел Джейхун Байрамов. Часть московских комментаторов поспешила усмотреть в этом трещину между Баку и Анкарой. Российский сюжет показал обратное: на предложение Токаева обе столицы ответили одно и то же, просто разными голосами. Баку сказал прямо, Анкара сослалась на устав.
Почти тридцать лет «посредничества»: чему Карабах научил Баку
Азербайджанцам моего поколения не нужно объяснять, во что превращается российское участие в форматах, где Москва формально ничего не решает. Минская группа ОБСЕ, созданная в 1992 году, почти три десятилетия занималась карабахским урегулированием, и Россия с середины 1990-х годов была одним из ее сопредседателей вместе с США и Францией. Четыре резолюции Совета Безопасности ООН 1993 года, 822, 853, 874 и 884, требовали вывода оккупационных сил с азербайджанских территорий и так и остались на бумаге. Посредник не голосовал и ничего не подписывал за стороны, а конфликт десятилетиями оставался замороженным в той конфигурации, которая устраивала посредника больше, чем самих участников.
Развязку обеспечил сам Азербайджан: за 44 дня осенью 2020 года он освободил большую часть оккупированных земель, а в сентябре 2023 года окончательно восстановил суверенитет над всей своей территорией. В трехстороннем заявлении от 10 ноября 2020 года появился пункт 9, по которому контроль за транспортным сообщением через территорию Армении возлагался на Пограничную службу ФСБ России. Москва рассчитывала, что ключ от будущего маршрута через Зангезур окажется у нее. Получилось иначе. 8 августа 2025 года в Белом доме Баку и Ереван договорились о маршруте с американским участием, а ОБСЕ в том же году приняла решение закрыть Минский процесс.
Урок напрямую относится к ОТГ. Статус без права голоса ничего не говорит о реальном влиянии. Россия как наблюдатель в организации, чей главный инфраструктурный проект прокладывается в обход ее территории, будет заинтересована в том, чтобы этот проект двигался медленнее. Голосовать для этого не нужно.
Нефть через Новороссийск: страховой полис Токаева
Казахстан граничит с Россией примерно на 7,6 тысячи километров, и это самая протяженная непрерывная сухопутная граница в мире. Около 80% казахстанской нефти уходит на экспорт по трубопроводу Каспийского трубопроводного консорциума к терминалу под Новороссийском. В 2025 году по системе Тенгиз - Новороссийск прокачали 70,52 млн тонн, из которых больше половины, 36,6 млн, дало одно месторождение Тенгиз. Весь экспорт казахстанской нефти в тот год составил 78,7 млн тонн. Альтернативы существуют, но масштаб у них иной: в Германию по нефтепроводу «Дружба» за 2025 год ушло 2,1 млн тонн.
Уязвимость этой артерии Казахстан почувствовал на собственном бюджете. В феврале 2025 года семь беспилотников атаковали нефтеперекачивающую станцию «Кропоткинская» в Краснодарском крае, и прокачка казахстанской нефти временно упала на 30-40%. 29 ноября 2025 года безэкипажные катера ударили по морской инфраструктуре КТК под Новороссийском и вывели из строя выносное причальное устройство. В августе 2026 года Астана снизила план добычи нефти на текущий год, сославшись на ограничения КТК. Бьет по трубе Украина, маршрутом трубы распоряжается Россия, а платит за чужую войну казахстанская казна.
Цифры торговли показывают ту же асимметрию, хотя стороны считают по-разному. По данным казахстанской статистики, товарооборот с Россией в 2025 году составил 27,4 млрд долларов, российский вице-премьер Алексей Оверчук назвал 28,7 млрд. Методики учета расходятся на 1,3 млрд, порядок величин от этого не меняется: на Россию пришлось около 30% казахстанского импорта. Торговля с Турцией за тот же год составила 5,4 млрд долларов. Примечательна другая деталь. По данным казахстанского МИД, в 2025 году Казахстан вложил в турецкую экономику около 2,2 млрд долларов прямых инвестиций и вышел на второе место среди иностранных инвесторов в Турции. Астана ставит на Анкару деньги, но живет пока в российской экономической гравитации.
Политический долг тоже никуда не делся. В январе 2022 года, когда протесты в Казахстане переросли в беспорядки, Токаев запросил помощь ОДКБ, и в республику вошел контингент численностью около двух тысяч военных, в основном российских, а его вывод примерно через две недели Москва потом не раз преподносила как образцовую союзническую операцию и как напоминание о том, кому Акорда обязана спокойствием. Спустя пять месяцев, 17 июня 2022 года, на Петербургском международном экономическом форуме, сидя рядом с Путиным, он заявил, что Казахстан не признает ДНР и ЛНР. В этих двух эпизодах уместилась вся формула Токаева: уступать в форме, удерживать содержание. Июнь 2025 года добавил к этой формуле «Росатом», которого Астана выбрала лидером консорциума по строительству первой казахстанской АЭС, хотя на тот же контракт претендовали китайская CNNC, французская EDF и южнокорейская KHNP.
Предложение в Анкаре из того же ряда. Жест лояльности обошелся Токаеву бесплатно: устав ОТГ и позиция Баку гарантировали, что приглашение не материализуется. Кредит доверия в Кремле при этом начислен.
Тормоз для тюркской армии
Второй мотив менее заметен и, на мой взгляд, важнее первого. В Анкаре Токаев отдельно подчеркнул, что ОТГ не является военным альянсом и не должна им становиться; то же самое он говорил в мае в Туркестане. Адресат этих слов очевиден. 7 октября 2025 года на XII саммите в Габале Президент Азербайджана Ильхам Алиев призвал тюркские государства выступать «единым центром силы» и предложил провести в 2026 году в Азербайджане совместные военные учения стран ОТГ. В сентябре 2026 года на азербайджанских полигонах стартовали учения «Сила единства - 2026» с участием военнослужащих Азербайджана, Турции и Узбекистана. Казахстана в этом списке не оказалось. Анкарская декларация из 163 пунктов говорит о сотрудничестве в обороне и кибербезопасности, а в Турции обсуждается создание совместного колледжа оборонной промышленности тюркских государств.
Для Астаны такая динамика неудобна. Казахстан состоит в ОДКБ, его армия завязана на российские поставки и стандарты, а любое движение ОТГ в сторону военного блока ставит Токаева перед выбором, которого он всеми силами избегает. Голосовать против он не хочет: открыто встать поперек Анкары и Баку слишком дорого. Российский наблюдатель решил бы задачу тоньше, потому что сама перспектива обсуждать совместные учения в присутствии российского дипломата остудила бы энтузиазм участников. Тормоз без нажатия на педаль.
Схожая логика работает с Северным Кипром. Турция добивается международного признания Турецкой Республики Северного Кипра, которая с 2022 года имеет в ОТГ статус наблюдателя. Центральноазиатские столицы идти за Анкарой не готовы: весной 2025 года на саммите Евросоюз - Центральная Азия в Самарканде они в совместной декларации подтвердили приверженность резолюциям Совета Безопасности ООН, призывающим не признавать Северный Кипр. Чем громче в организации голос Анкары, тем чаще Астане придется выбирать между тюркской солидарностью и отношениями с Брюсселем. Противовес нужен ей ровно для того, чтобы такой выбор возникал реже.
Коридор в обход России, но с Россией за столом
Главный экономический проект ОТГ - Транскаспийский международный транспортный маршрут, он же Средний коридор, связывающий Китай с Европой через Казахстан, Каспий, Азербайджан, Грузию и Турцию. Всемирный банк рассматривает его развитие как шанс для Казахстана, Азербайджана и Грузии снизить зависимость от путей через Россию. Динамика впечатляет и одновременно отрезвляет. В 2019 году маршрут перевез 759 тысяч тонн грузов, в 2022-м, после начала войны в Украине, уже 1,485 млн, в 2023-м 2,764 млн, а в 2024-м рекордные 4,484 млн тонн. За 2025 год объем впервые за пять лет снизился, до 4,119 млн тонн, хотя контейнерный сегмент вырос примерно до 77 тысяч двадцатифутовых единиц. Цель на 2029 год - 300 тысяч контейнеров.
Казахстан вкладывается в маршрут всерьез: в 2025 году завершено строительство вторых путей на участке Достык - Мойынты протяженностью 836 километров и обводной линии вокруг станции Алматы. Узбекистан нарастил перевозки по коридору до 1,2 млн тонн, а доля Среднего коридора в узбекской торговле с Евросоюзом выросла с 12% в 2021 году до 28% в 2025-м. Каждая такая цифра означает груз, который не пошел через российскую территорию.
Россию подобная конструкция не устраивает по определению. Статус наблюдателя открыл бы Москве доступ к обсуждениям, где согласуются тарифы, графики и инвестиции в порты, то есть к самой кухне конкурирующего маршрута. Именно этого опасаются и в Турции: даже проправительственные турецкие обозреватели, увидевшие в инициативе Токаева шанс укрепить связи с тюркскими народами России и уравновесить Китай, предупреждают, что Москва получит рычаг для сдерживания Среднего коридора и оборонного сотрудничества Центральной Азии с Анкарой.
Сам Казахстан от российского транзита отказываться не собирается. Главной темой июльского форума в Омске было формирование глобальной логистической экосистемы и маршруты Россия - Казахстан - Китай. Общий транзит через республику, по плановым оценкам казахстанского Минфина, в 2025 году должен был составить около 34 млн тонн, на порядок больше всего Транскаспийского направления. Астана строит обходной путь и одновременно продает транзит в обход обхода. Российский наблюдатель в этой конструкции служил бы страховкой для обеих сторон: Москва видит, что строят без нее, а Астана демонстрирует, что ничего не строит против нее.
Венгерский прецедент: слабое место Анкары
Честности ради признаю: у сторонников российского участия есть аргумент, на который Анкаре ответить сложнее, чем кажется. Венгрия получила статус наблюдателя в ОТГ еще в 2018 году, хотя венгерский язык к тюркским не относится. Формально Анкара может сослаться на формулу о «родственных» языках, в которую с известной натяжкой вписывается венгерский, но натяжка видна невооруженным глазом. Москва этот прецедент запомнит и при случае предъявит.
Ответ лежит в политике. Будапешт входит в Евросоюз и НАТО, не воюет с соседями и не оспаривает ничьих границ, а его присутствие расширяло тюркскую повестку на запад, к европейским рынкам и институтам. Российское присутствие сужало бы ее с севера.
Второй прецедент полезно вспомнить уже Баку и Астане. В 2005 году Россия получила статус наблюдателя в Организации исламского сотрудничества, обосновав его многомиллионным мусульманским населением страны, то есть ровно той же демографической логикой, которую Токаев применил сейчас к тюркам. Москва умеет превращать демографию во входной билет. Разница в масштабе. ОИС объединяет 57 государств, и один наблюдатель в таком собрании растворяется. В ОТГ пять членов и правило консенсуса, а в комнате такого размера каждый лишний человек весит несоизмеримо больше.
Многовекторность как профессия
Центральная Азия после февраля 2022 года ускорила диверсификацию внешних связей, сохраняя при этом сотрудничество с Россией, и инициатива Токаева вписывается в эту манеру целиком. Кыргызстан вместе с Казахстаном входит в ОДКБ и Евразийский экономический союз, в Канте расположена российская авиабаза, а по данным Национального банка республики, в 2025 году на Россию пришлось более 92% денежных переводов в страну. Узбекистан в июне 2026 года вместе с Россией дал старт строительству первого энергоблока АЭС и параллельно развивает с Турцией оборонно-промышленное сотрудничество. В январе 2026 года Ташкент и Анкара провели совместную встречу министров и руководителей спецслужб по вопросам внешней политики и безопасности.
Ташкент в этой истории - главный неизвестный. Новым генеральным секретарем ОТГ решением Совета глав государств назначен узбекский дипломат Мирвохид Азимов, сменивший Кубанычбека Омуралиева, а XIV саммит в 2027 году примет Узбекистан. Мирзиеев говорил в Анкаре о развитии «ОТГ+», но ни разу не назвал Россию. Молчание Ташкента в этом вопросе стоит дороже громких заявлений: пока узбекская сторона не поддержала идею вслух, она остается частной инициативой Астаны.
Для Турции, которая 30 октября приняла у Азербайджана председательство в организации, ситуация выглядит иначе. Анкара получила год, в течение которого каждое заседание ОТГ будет проходить под ее руководством, и вряд ли станет тратить его на дискуссию о членстве страны, не подпадающей под собственные критерии организации. Скорее Турция будет продвигать то, ради чего созывала саммит: декларацию о тюркском веке, общий алфавит, инвестиционный фонд и стратегию на 2027-2031 годы, ускорить принятие которой призывал, к слову, сам Токаев.
Москва уже выиграла, даже если ей откажут
Кремль в этой партии ничем не рискует. Согласие дало бы ему место в зале, где обсуждают транспорт и оборону. Отказ дает сюжет: тюркский блок закрылся от России, а значит, направлен против нее. Такой сюжет удобно продавать собственной аудитории в Казани и Уфе и вбивать клином между Астаной и связкой Анкара - Баку.
Токаев тоже в выигрыше. Он продемонстрировал Москве лояльность, которая ничего ему не стоила, и одновременно напомнил Анкаре, что у Казахстана есть альтернатива турецкому лидерству в тюркском мире. Проигравший в этой схеме один: сплоченность самой ОТГ, которой придется потратить часть политического капитала на вежливый отказ одному из основателей.
Мой прогноз конкретен. До XIV саммита в Узбекистане в 2027 году Россия не получит ни статуса наблюдателя, ни встречи в формате «ОТГ+» на уровне глав государств. Контакты шести российских республик с ТЮРКСОЙ до конца 2027 года тоже не восстановятся, поскольку Кремль не согласится на формат, при котором Татарстан и Якутия общаются с тюркским миром напрямую, минуя федеральный центр. Сам Токаев на следующем саммите к своей идее публично не вернется. Она уже отработала свое.
Анкарскую декларацию подписали на пяти языках: турецком, азербайджанском, казахском, кыргызском и узбекском. Русского среди них не было. Токаев, ставя подпись под казахским текстом, судя по всему, лучше всех в зале понимал, что не будет его и в 2027 году.